Евгений Туголуков
ENG
10:00 — 05.07.2022 / Релизы

Интервью с руководителем АНО «Белая трость Севастополь» — Александрой Лазаревой

 Бывают такие люди, которых невозможно не заметить – они появляются в вашем пространстве и сразу заполняют его полностью.

И оно уже никогда не будет прежним. Эти люди в себе несут трансформацию для мира и для каждого из нас.

Александру я вначале услышала, ее яркий выразительный голос и напевную речь.

Затем она появилась в офисе «Белая трость» и январский хмурый день заискрился и наполнился теплом и ароматом радости.

Итак знакомьтесь,
Александра Лазарева 
 – президент АНО «Белая трость Севастополь», слабовидящая.
Александра так же работает в библиотечной системе для взрослых – для слепых и слабовидящих.
Ее активная и кипучая деятельность в работе и творчестве перемежается заботами о семье, лечением, стремлением путешествовать и снова работой, работой, работой. 

02.jpg  

В: Что для тебя инклюзивные ценности?

О: С инклюзивностью этой я не родилась, это точно. Это все приобретенное. Например, у Константина Витальевича это точно врожденное. Да мне так кажется.

Я родилась в обычной семье, без инвалидности. В детстве в школе у меня начались проблемы. И в середине школы я оказалась на домашнем обучении. Потому что специальной школы в Крыму нет. Одна есть в Симферополе. Но родителям сложно было меня туда возить. И я училась дома. Плохо училась, но благодаря характеру и подвешенному языку я с учителями договаривалась.

Ну они меня еще и жалели, а я этим манипулировала «У меня глаз болит! У меня голова болит!» Учителя химии я обычно мучила. Предмет был интересный, потому что  там происходит магия. Но вот эта структурность и точность, цифры, о боже мой! Я ее любила за магию, но не любила за точность (смеется). И с физикой точно так же — электричество и микроволны это вау! Но точность — это не мое.

В: То есть ты человек творческий с самого детства?

О:  Да, все время очень шумная, активная, даже гиперактивная. Я помню, как приставала к маме «Мама, мне скушно!». И всегда очень громко кричала. Знаешь, это был такой выплеск энергии через голос. Меня девчонки не очень любили из-за этого, а я не понимала тогда. И я обижалась. Отсюда опять жалость к себе.

В: То есть у тебя в детстве и юности не было сложностей в социализации?

О: Нет, не было. Естественно, я скрывала свой недостаток. У меня была третья группа инвалидности тогда. Мне удалили хрусталики глаз, один в семь, другой в девять лет.  Выписали очки с толстыми линзами. Это сейчас очки модно, а тогда очки это (смеется) — ну ты меня понимаешь, очень некрасивые! Поэтому я их прятала, ходила наощуп.

Я помню, в детстве была какая-то шутливая игра: там были пистолеты с цветными пульками. И вот мы ходили, собирали эти пульки. А я не могла эти пульки собирать, потому что их не видела. Вот это было у меня горе! Опять я такая несчастная, опять такая жертва.  Опять жалость к себе. Но немного все-таки этого было. Сильные изменения в здоровье начались лет в 25.

В: Ты можешь себя охарактеризовать? Какая ты?

О: Мне приходит в голову — движение, спиралька, уют или мягкость. Я не из тех, кто вообще может одним словом что-нибудь объяснить. Я сейчас в таком возрасте, когда переход из молодости во взрослость, в стабильность. Возрастной барьер в 40 лет он в принципе сложный для любого человека. Значимый. Многое меняется. То что я сейчас сказала тебе, это больше из молодости. Но я понимаю, что какие то трансформации во мне сейчас происходят.

И наверное, слово «уют» из этой трансформации уже. Слово «активность» мне сначала пришло в голову… но понимаю, что с возрастом эта про-активность в балансе уже не 80 на 20, а уже наверное в пропорции 60 на 40 с уютом. 

03.jpg  

В: Как ты начала себя реализовывать во взрослой жизни?

О: Сейчас я начну рассказывать словами и с позиции этой взрослой жизни. Тогда в юности таких слов не было. Осознанности не было. Потом, когда ты прошел этот путь, ты уже можешь на него посмотреть. А когда ты в моменте там идешь, ты же не понимаешь как. Сейчас я помню это так…

Я работала в дистрибуции в торговле.  У меня образование экономическое. Я вообще по характеру продавец. Во всем вижу цену. Вижу возможности для удовлетворения потребностей. И когда это случилось (ухудшение здоровья — прим.), то я поняла, что качество работы, к которому привыкла, я не смогу обеспечить.

Я еще работала, и мне предложили повышение! И я понимаю, что я нифига не потяну. Мне говорили, что все будет хорошо и что коллеги помогут. Но я отвечала «Вы понимаете — я не вижу!»  Это был такой соблазн пойти на повышение! Но я понимала, что я не потяну. Мне говорили, что все будет хорошо и что коллеги помогут. Но я отвечала «Вы понимаете — я не вижу!»  Это был такой соблазн пойти на повышение! Но я понимала, что я не потяну. А постоянно просить помощи «Сделайте за меня то или то» это не по мне. Сейчас я спокойно и с достоинством прошу помощи. А тогда нет. Мои бы мозги сейчас — и тогда я бы согласилась, имея те дополнительные средства, такие как «увеличилки». Прошло уже десять лет между этими моментами. Тогда даже телефонов таких (продвинутых) не было. телефоном бы увеличила и посмотрела. Как я сейчас и делаю.

В общем, я отказалась и ушла домой. В целом, это конечно, был кризис. Я поняла, что то качество работы которое я могу выполнять — за это деньги не платят. И я начала себя искать в бесплатной работе. Я переехала к родителям, мне платили небольшую пенсию. Это был кризис на протяжении пяти лет. Это я сейчас понимаю. А тогда я сидела в раковине сама с собой. 

Через 3 года я встретила Сергея, моего мужа. И поняла, что нужно что-то делать. Потому что так, как есть — так я Сергею точно не нужна. Я начала себя потихоньку приводить в порядок. выходить из дома, чем-то заниматься. Он работал на трех работах. Он и сейчас на трех работах работает. И тут я такая, не работаю, задалбываю его по телефону «А мне скушно!» началась такая же ерунда как с мамой. И он тоже мне стал потихонечку говорить, что нужно уже чем-то заниматься. Это в целом мотивировало меня. Но поняла что, то качество работы, которое я сейчас могу выполнять, за него точно платить не будут. Потому что я же знаю, какой продукт стоит каких денег. Я четко понимаю рынок, спрос, конкуренцию.

Куда идти? И я пошла в общество слепых. Там бесплатно, но можно делать что-то. Я пошла и предложила себя: вот у меня образование, силы. Вообще у нас два обществ слепых. Я пришла в первое. Город такой маленький, ничего толком нет, но затог два общества слепых! Принесла им все свои диплома. Директор общества мне говорит: «Я не знаю какую вам работу дать. Вам на мое место садиться надо с вашим образованием!»  И вот, я пошла в другое общество, там где нужна была секретарь. Там была руководитель слабовидящая, и ей нужен был секретарь. Я начала работать, помогала, делала отчеты.

Потом мои амбиции взяли вверх, потому что у меня такой характер, что я расширяюсь обычно, начинаю расти и заполнять собой пространство. Я зашла в коробочку, и начинаю в ней расти. Коробочку уже всю заполнила, и оп-па ручки-ножки уже из коробочки вылазят. Надо мне другую коробочку искать (смеется).

Потом мне нужно новое пространство.

Вот так же я пришла в это общество слепых и начала расти. И вот мне уже надо дальше расти, дальше развиваться. Наверное, вот эта спиралька она и дает мне стимул. Мне нужно развиваться все время. И вот я пыталась что-то сделать, молодые амбиции бьют ключом, и возможно не совсем корректно повела себя. Попыталась подсидеть кое-кого, но у меня ничего не получилось. Потому что там прожженные  восьмидесятилетние дамы! по шапке мне они дали….Ну и слава богу (смеется)

А потом пришла Россия.

Россия большая и в ней много того, чего нет в Украине. Россия – развитая и щедрая страна. Это видно по социалке, по культуре. В России ВОС очень мощное, постоянно отправляет на учебу и т.п. Тем более в те годы стали все уделять большое внимание Крыму, Севастополю. Я могла в Москве зайти в любые двери, потому что я из Севастополя. Я родилась и прожила всю жизнь в Севастополе.

И вот от общества слепых РФ я поехала и поучилась в Реоком. Это такой есть специальный университет для слепых. Я училась на менеджмент в социальной сфере три года. И там я увидела, что есть молодые слепые, которых в Севастополе просто нет. Молодые все уезжали на материк учиться. И люди обычно там и остаются. Здесь и работы специализированной нет. Возвращались только на пенсии некоторые. Севастополь называют городом военных пенсионеров.

Я увидела этих молодых незрячих, да еще и с собаками-проводниками. Для меня это был некий шок! Я поняла, что я еще и вижу немного. Увидела других людей с другими темпераментами, отличными от моего. Мы все проходили эти трансформации инвалидные: обесценивание, понимание ценностей и пр.

И в это время я встретилась с Олегом Колпащиковым, с Сережей Уйминым, со всей этой компанией. И я поняла, что можно еще что-то делать. Что за пределами города есть еще жизнь! И она там классная! То есть в Украине у меня вообще никаких перспектив не было. Я не понимала, что дальше что-то есть. Максимум — это когда-нибудь руководить обществом слепых. 

04.jpg  

В: Зная тебя некоторое время, я могу сказать, что ты талантливый человек. Можешь ли ты рассказать как и когда ты раскрыла в себе свой талант?

О: Вот я тоже думала почему у меня получилось?! Потому что в меня поверили. Олег во мне не сомневался никогда. Когда я боялась, тот он излучал просто уверенность во мне! Именно это позволило мне не струсить и не повернуть назад, не остановиться. Потом такой поддержкой стала Библиотека для слепых, где мне предложили работу. Это была их инициатива. И это мне показало, что я ценна. Я же себя обесценила, что у меня нет будущего и я могу сидеть только дома. И вот Олег стал доверять мне организацию мероприятий. В 2015 году приехал Володя Васкевич, Юля Шумова. И я в библиотеке организовала мероприятие. После него директор библиотеки взяла меня за руку. То есть вот так схватила и не отпущу! Она увидела мой потенциал и энергию. Она и сама эмоциональный человек. Она и сейчас гордится мной и всеми достижениями и говорит, что я ее проект. Тогда меня это окрылило. У меня есть ценность!

Между этими событиями прошел год. Олег все это время в меня верил. Олегу было очень непросто со мной. И он стал третий человек, которого я начала задалбывать, что мне скушно. Это был Олег.  Покажите, научите, а как, а что?

Я помню звоню ему с вопросами в очередной раз. И он отвечает мне «Саша, все что я скажу дальше, я говорю с любовью. Мы все тебя любим. Я тебя люблю. Саша делай максимально все сама. У нас много своей работы»

А знаешь, вот я сейчас понимаю, что я могу хорошо повторить, но не выдумываю ничего сама. Могу повторить по-другому. В процессе повторения все трансформируется. Я могу только по какому-то сценарию идти готовому. И все проекты Белая Трость Севастополь они такие же, как проекты Белая Трость Екатеринбург. И НКО я создала тоже по примеру Олега. Я, конечно, стараюсь, у меня есть вторая организация. А там где я сама прорубаю эти ступени, то там я не уверена.

В: В чем твой страх? Чего ты больше всего боялась?

О: Я считаю, что страх это что-то гормональное. Регулируя гормональный фонд можно регулировать свои страхи. У меня тоже бывают такие страхи как упасть и выбить зубы… Это просто физика. Я с этими страхами так работаю. А вообще я ничего не боюсь.

А вот чего я действительно боюсь, так это заблуждений. Подмены понятий. Именно моих внутренних. Я в прошлом алкоголик, я этого не скрываю. Раньше я считала, что я люблю это, мне это нравится, мне это вкусно. А когда ты от этого отходишь, то из сегодняшнего дня ты видишь этот путь и видишь истину. А там в моменте ты нихрена не видишь. И там в том моменте я думала, что это яркий образ жизни, отдых от насыщенной эмоциональной работы и тп. И вот этих заблуждений я боюсь. Как сейчас я вижу истину в том чтобы не пить и какая моя жизнь сейчас качественная. С таким же пониманием я раньше бухала. Мне от этого страшно, что я могу принимать неправильное за правильное. Есть такой мировой опыт, когда брат идет на брата. И каждый из них по-своему прав, но каждый заблуждается. И важно найти, где истина. Я с моей энергией могу свою правду отстаивать очень активно! Но потом вдруг понять, что ты был не прав — это страшно.

Хотя у меня конечно хорошо проработано признание своей неправоты. Я проработала эти состояния самостоятельно, без помощи психологов.

В: В чем ты черпаешь силу и энергию? Кто-то может повлиять на  тебя и твои ценности?

О: Я не знаю. Честно. И я не чувствую, что где-то это взяла. Это просто есть во мне. Я такая. Я жаворонок, быстро все делаю. Это моя натура, мой гормональный фон.

Да, мне  нужен всегда авторитет. Человек, на которого я равняюсь и делаю все как он. Ввиду того, что я копирую, то и ценности я буду копировать. Я такой транслятор. Давно поняла, что сама я изобрести ничего не могу. Я принимаю ценности моего авторитета. Ну может 10 % трансформирую под себя. Что-то перерабатываю, да. До какого-то времени это был Олег. Иногда он терял в моих глазах авторитет, потом снова приобретал. Но когда совсем нет авторитета, это очень сложно мне. Когда я остаюсь одна, то копировать то некого. Очень сложно. 

05.jpg  

В: Есть ли что-то что ты никогда не будешь делать?

О: Образ  себя я вижу как попугайчика. У меня есть данные по радированию. Я плохо знаю английский язык, но могу скопировать любое предложение идеально по произношению. Могу стать в шкуру любого человека, понять его изнутри. А когда я внутри человека, то я принимаю его ценности и вижу почему это хорошо. Я все принимаю не со своей точки зрения. Я так умею.  И это моя хорошая компетенция. Есть люди, с которыми у меня есть конфликт. Но я даже конфликтовать не могу толком, потому что я на его сторону встаю. И понимаю его!

Что бы я не стала делать? Нет такого.

В:  Можно ли с уверенностью сказать, что ты — счастливый человек?

О: Да. Сейчас и здесь я счастлива.

В: Хочешь ли ты поменять что-либо в своей жизни?

О:  Нет. Моя жизнь сейчас прекрасна. Я хочу ее только улучшать.

В: Если бы ты имела возможность встретиться с собой маленьком, то что бы ты себе сказала в этом случае?

О: Я бы попыталась себя предостеречь от тяги к алкоголю.

В: Выбирая из всех в мире, кого бы ты пригласила в гости на обед?

О: Ольга Колпащикова. Жена Олега Колпащикова.

И второй человек — Гладков Вячеслав Владимирович. Он единственный в нашем правительстве, кто поддержал проведение конгресса, когда я к нему обратилась в 2018 году. Благодаря его подписи мы смогли сделать Конгресс. Я его уважаю. Он один из человечных чиновников.

В: Ваши любимые книги (фильмы)?

О: Сейчас это — Кэтрин Николай «Ничего особенного не происходит. Уютные истории для спокойного сна». Эта книга меня научила как отдыхать, без алкоголя. Как кайфовать от минутки, чашки кофе.

И естественно, Гарри Поттер все части! Я перечитала его сто раз и знаю про него все. Я участвовала во всех квизах и викторинах по Гарри Потеру! Единственное, что я не читала его в оригинале, потому что не знаю английского. В школе у меня был французский или немецкий.

В: У кого бы ты хотела взять интервью?

О: Ольга Колпащикова. Она удивительный человек. Без нее не было бы Белой трости Екатеринбург. Этого человека я бы хотела копировать. Рядом с ней я всегда наполняюсь и вхожу в ресурсное состояние.


Интервью брала Ольга Кузнецова

ТЕГИ